Письмо о гуманизме

XX · 5 минут
«Письмо о гуманизме» — это ответ Хайдеггера французскому философу Жану Бофре, который спросил: «Как вернуть смысл слову „гуманизм"?» Шёл 1946 год, только что закончилась война, Европа лежала в руинах, и вопрос о том, что значит быть человеком, звучал не абстрактно, а предельно конкретно. Сартр только что прочитал свою знаменитую лекцию «Экзистенциализм — это гуманизм», и Хайдеггер решил возразить. Его ответ неожиданный: все прежние «гуманизмы» — римский, ренессансный, марксистский, экзистенциалистский — недостаточны, потому что все они определяют человека через что-то уже известное: через разум, через труд, через свободу. Но человек — это не «разумное животное» и не «свободный субъект». Человек — это «пастух бытия», тот, кто стоит в «просвете» бытия и хранит его. Главное в человеке — не то, что он делает или производит, а то, что он — место, где бытие открывается. Хайдеггер настаивает: мы слишком увлеклись «делом», техникой, производством, покорением природы. Мы забыли, что человек — не хозяин сущего, а его сосед. Язык — это «дом бытия», и в этом доме обитает человек. Когда язык превращается в инструмент информации, мы теряем связь с бытием. Когда поэты находят точное слово, бытие снова говорит через нас. Поэтому подлинный гуманизм — это не идеология человеческого величия, а скромное вслушивание в то, что больше нас. Это письмо — один из самых поэтичных и спорных текстов Хайдеггера. Его обвиняли в мистицизме, в уходе от ответственности (особенно учитывая его прошлое при нацизме), в аполитичности. Но его интуиция оказалась пророческой: мы действительно живём в мире, где техника определяет всё, а вопрос о бытии звучит как странность. Может быть, именно поэтому его стоит услышать.