Левиафан

XVII · 5 минут
Гоббс писал «Левиафана» в Париже, куда бежал от английской гражданской войны. Он видел, как рушится общество, как люди убивают друг друга из-за религии и власти, — и задался вопросом: почему люди вообще живут вместе и что заставляет их подчиняться? Ответ Гоббса начинается с мысленного эксперимента: представьте «естественное состояние» — мир без государства, без законов, без власти. Что будет? Война всех против всех (bellum omnium contra omnes). Не потому что люди злы по природе, а потому что они равны — примерно одинаково сильны, одинаково умны — и каждый хочет одного и того же: безопасности, еды, славы. Когда два человека хотят одну вещь, они становятся врагами. Жизнь в естественном состоянии — «одинокая, бедная, мерзкая, жестокая и короткая». Выход — общественный договор. Люди добровольно отказываются от части своей свободы и передают её суверену — одному человеку или собранию. Суверен получает абсолютную власть, а взамен обеспечивает мир и безопасность. Это государство Гоббс называет Левиафаном — по имени библейского чудовища: государство — это «смертный бог», искусственный гигант, составленный из тел граждан. Гоббс логичен до безжалостности. Суверен не может быть несправедлив — потому что справедливость определяется законом, а закон — это воля суверена. Подданные не имеют права на восстание — потому что они сами отдали свою свободу. Церковь должна подчиняться государству — потому что два суверена в одном обществе означают гражданскую войну. Книга шокировала всех: роялисты считали Гоббса атеистом, республиканцы — апологетом тирании, церковники — врагом веры. Но «Левиафан» остаётся фундаментом политической философии: любая теория государства с тех пор так или иначе отвечает Гоббсу.